Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Дмитрий Выхин. Официальный сайт. Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Дмитрий Выхин. Официальный сайт. Дмитрий Выхин. Официальный сайт. Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Дмитрий Выхин. Официальный сайт. Дмитрий Выхин. Официальный сайт. Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Дмитрий Выхин. Официальный сайт.
Мини-блог | Главная | Читать | Отзывы | Песни | Промо-акция  
 

Часовщик Маттеус (Быль)

Большой серый дом втянул в себя основательную порцию воздуха, будто хотел напоследок вдоволь надышаться кислородом, и стал медленно оседать, обволакивая тяжелой черной пылью молодую зелень и засыпая обломками окружающее пространство. Мрачное облако заволокло небо, и все вокруг стало черно-белым. Контуры квартала оказались размытыми, как на плохом фотографическом снимке.

Я почувствовала удушье, голова закружилась. Изо всех сил прижавшись к бабушке, я спряталась под широкую шаль, пахнущую домом и былым, навсегда потерянным уютом. Так, в обнимку, мы просидели довольно долго, пока я не почувствовала, что страх уходит. Тревога потихоньку оставила меня. Я повернула голову и посмотрела в окно. Дома напомнили мне зубы, потерявшие одного из своих собратьев. В этом промежутке я увидела поразительно белые густые облака - так обычно, не чувствуя нюансов цвета, рисуют дети - одной краской. Эти облака были похожи на видение или галлюцинацию. Откуда они появились в этом кошмаре, совершенно не понятно!

«Не волнуйся, внученька», - сказала бабушка, - «Это далеко, на соседней улице». Действительно, две бомбы упали на параллельную улицу, выходившую, как и наша, на Унтер-ден-Линден. Несколько больших самолетов с красными звездами, пролетев над нашим домом, исчезли так же быстро, как появились. «Ты бы спускалась в подвал, нечего тебе со мной, со старухой, сидеть», - запричитала бабушка, но я почувствовала, как тяжело ей было бы оставаться одной. – «Я все равно не дойду, а вот тебе лучше бы поберечься».

«Никуда я не буду уходить без тебя, бабушка», - уверенно ответила я, пристально вглядываясь в грустные бабушкины глаза. Едва сдерживая слезы, я добавила: «Я всегда буду рядом с тобой, я никогда тебя не оставлю».

Мы обе посмотрели в окно и увидели, как с дома напротив взрывом сорвало на землю вывеску часовщика. Увидев рухнувшее железо и побитое стекло витрины его магазина, она тяжело вздохнула, обняла меня и поцеловала в затылок. «Бабушка, расскажи мне про дядю Маттеуса, ты же мне обещала!», - прошептала я. – «Ну, пожалуйста, бабуля»

«Ну, ладно, ладно, расскажу, раз обещала. Но смотри – это совсем не детская сказка, но ты девочка у меня взрослая, так что сама все поймешь»…

***

Началась эта история задолго до твоего рождения, в начале века, когда появился на нашей улице господин Маттеус. Был он тогда высокий, статный и очень красивый. Правда – черты лица правильные, не грубые, а обаяния в его улыбке было как воды в море. К тому же он был очень хорошо воспитан. Удивительно был галантный и обходительный господин: бриллиант, а не мужчина, мечта, а не жених! И руки – какие у него были руки! Сразу видно, что росли из того места, из какого надо!

Когда точно он появился, я не помню, но его часовой магазин с мастерской сразу стал пользоваться огромной популярностью в столице. Однако роскошная с золотом вывеска, та самая, которая теперь покореженная и закопченная валяется на мостовой, появилась не сразу. Да и огромного прозрачного стекла большой витрины, которую сейчас и не узнать в этих мелких осколках и хламе, тоже поначалу не было. Не было и молодой красавицы-жены. Все появлялось постепенно, но со временем господина Маттеуса уже трудно было представить без гигантских золотых букв «Часовых дел мастер», стеклянной витрины в два с половиной метра высотой, скромного, но безупречного интерьера его магазина, и, разумеется, белокурой красотки, его супруги.

Дела часовщика шли в гору, покупателей было хоть отбавляй, слава о мастере вышла далеко за столичные границы. Кто только не ходил в его клиентах – и высший свет, включая герцогинь и герцогов, и бравые офицеры, и смелые разведчики, и самые что ни на есть богачи и миллионеры. Бывало, что господин Маттеус настолько занят, что к нему не подступишься. То депутат рейхстага заедет часы починить, то от господина Круппа пришлют за уникальным экземпляром, прибывшим по специальному заказу из Швейцарии. Бывали у него и простые служаки, желающие непременно сделать недорогой презент на память своим любовницам. Приезжали и важные дамы, которые долго и придирчиво выбирали подарки на юбилей своим благоверным - непременно самой известной марки, но чтоб подешевле. Из экономии!

Господин Маттеус ни за что не справился бы один. Но супруга его, запамятовала, как звали, непременно занималась бухгалтерией, а дети воспитывались так, чтобы всегда быть доброй опорой и помощью своим родителям. Так сложилось, что дочь была на подхвате по хозяйству, а сын красноречиво демонстрировал покупателям новые модели. Дела спорились, все шло своим чередом. Пользуясь своими знакомствами и всеобщим уважением своих клиентов, господин Маттеус, казалось, будет всегда процветать и останется вечной достопримечательностью нашей улицы.

Все начало ломаться в тот день, когда на роскошном автомобиле, который блестел на солнце как апельсин, не приехал к часовщику один бравый офицер. Был он в отличном расположении духа, отчего крутил тростью, едва не задевая окружающих, постоянно восклицал «Оль-ля-ля», прокашливаясь, и не переставая улыбался. Еще у него было замечательное пенсне с толстой золотой цепочкой. Стекло блестело на солнце, оправа блестела на солнце и цепочка блестела на солнце – надо ли говорить, что все сияло в душе счастливого обладателя всех этих предметов. Словно оттачивая театральный жест, он ронял пенсне, глазом отпуская его, и тут же подхватывал правой рукой. Надо ли говорить, что он развил такую ловкость, что даже намеком не могло произойти такого, что пенсне упадет и разобьется.

В общем, как не быть счастливым, когда тебе присваивают высокое звание, продвигают по службе, и вообще сердце не молодого, но обеспеченного и одинокого холостяка просит любви? Это ли не повод купить новые часы и непременно с веселым боем?

Разумеется, герр офицер был немало наслышан о замечательном часовом магазине господина Маттеуса, но ничего не знал про его очаровательную супругу. Однако, не успел входной колокольчик возвестить о приходе нового посетителя, как сам посетитель уже обратил внимание на статную блондинку, сидящую у кассы и считающую дневную выручку. Сам господин Маттеус, почти не покидавший рабочее место вследствие большого количества заказов на починку часов, появился перед покупателем в тот момент, когда мужчина и женщина уже успели обменяться многозначительными взглядами.

«Оль-ля-ля», - снова воскликнул бравый офицер, взмахнул тростью и указал на самые дорогие часы, которые показал ему господин Маттеус. «Я хочу приобрести эти часы, поскольку маршалу нашей великой страны полагается иметь исключительно самые великолепные часы во всем рейхе!» С этими словами он во весь голос прокашлялся в кулак и поклонился фрау Маттеус, которая не смогла не ответить на его взгляд и не оценить его шик. Картинно выронив из глаза пенсне, бравый офицер поймал его, успев проследить за реакцией женщины, Смахивая капельку пота с переносицы, он перевел глаза на часовщика и увидел, что господин Маттеус не заметил, что, увы, с этой минуты все пошло наперекосяк.

Фрау Маттеус все реже стала бывать за кассой и все чаще пропадать из дому, пока однажды не вернулась домой совсем. Целую ночь часовщик промучился и пил успокоительное, и с первыми лучами солнца поплелся в военное ведомство, чтобы потребовать назад вторую половину. Он, разумеется, многое понимал и раньше, но надеялся, что все образуется, и даже один раз откровенно поговорил с супругой, но фрау Маттеус не стала обманывать своего мужа, которого уже разлюбила, о чем честно и бескомпромиссно рассказала.

И все же, скорбно склонив голову, он пошел на поклон, справедливо полагая, что надежда умирает последней. Как ни странно, несмотря на всю свою популярность, за большие дубовые двери столь серьезного учреждения его не пустили, поскольку соперник был более значительной фигурой для великой страны, чем часовщик. Ведь даже трижды часовых дел мастеру очень далеко до офицера столь высокого ранга, да еще настоящего героя. Он пошел назад пешком, пристально рассматривая трещины в мостовой. И ему все слышалось за спиной: «Оль-ля-ля, господин часовщик, аллес гут, господин Маттеус!», слышалось громкое покашливание и мерещилось пенсне, пускающее солнечные зайчики.

Чего только не перепробовал господин Маттеус, чтобы вернуть себе ушедшее счастье. Он перерыл весь город, чтобы найти герра Оль-ла-ла, этого бравого вояку, увешанного медалями, с бликующим и прыгающим песне, и вертлявой тростью. Но под руку попадал кто угодно, да не тот, кто нужно - то герр без трости, то герр без пенсне, а то и вовсе просто человек безо всяких медалей, пенсне и трости. По правде сказать, в любом случае весельчака Оль-ла-ла среди них не было, и быть не могло. Хотя, попались двое - один Оппа-на, а другой Вот-так-ну, и все же, их бить было не за что. Да и не умел часовщик драться.

Потом господин Маттеус пошел по другому пути. Довольно близко сошелся с одной блондинкой, так себе актрисой вторых ролей. Ее звали Марлен Дитрих, или что-то вроде того. А, может быть, вообще иначе. Актрисой она и правда была посредственной, в этом господин Маттеус убедился очень быстро. Насколько она была слаба по артистической части, настолько переигрывала по части семейной, и ее навязчивость и манерность сразу стали всех раздражать.

Они расстались прилюдно на бульваре, в очередной раз закатив друг другу скандал, и больше не виделись никогда. Марлен, или как ее там, хотела вернуть драгоценный подарок, конечно же, часы, да оказалось, что потеряла их. Впрочем, господина Маттеуса это не расстроило.

«Бабушка, а что такое скандал?» - прервала я рассказ, который был мне очень интересен, но больше всего интересно, что такое скандал. «Вот вырастешь, даст Бог, выйдешь замуж, и сама узнаешь. А сейчас, если хочешь дослушать до конца, слушай», - пытаясь изобразить строгость, произнесла женщина.

Горькие напитки и свободные женщины - вот панацея от одиночества для настоящего мужчины. Что может быть лучше, чем изрядное количество крепкого пойла и непривередливая девка в объятиях? Это ли не самый лучший способ отбросить все предрассудки и позволить себе полный релакс?

Он уходил в самые захолустные уголки столицы, в самые злачные кабаки, к самому паршивому шнапсу и самым распутным девкам. Забыться не удавалось, а после каждой ночи неизмеримо мутило и рвало, причем, неизвестно, отчего больше - то ли от вонючей жидкости, то ли от глупой потаскушки. Кто знает, может быть, и не был господин Маттеус настоящим мужчиной? С другой стороны, черт бы с ними, с деньгами, которые он просадил на все эти опыты, - главное, что, промотав на дешевых удовольствиях все прежде заработанное, он, наконец, успокоился.

А потом началась война, и сына часовщика призвали в армию. Милый кучерявый мальчик, который был так похож на свою мать, даже не пришел попрощаться с отцом, который седел день ото дня все больше и больше и не находил утешения от горя. Все, что осталось несчастному отцу, так это короткая телеграмма о том, что его сын, рядовой Маттеус, погиб смертью храбрых во славу великого рейха.

Если бы это были все беды. Юная дочь часовщика, небесный ангел, который был воплощением святости и непорочности в нашем городе, полным разврата и нечисти, спуталась с каким-то ефрейтором, пасынком бакалейщика. Кажется, он соблазнил ее сладкими кренделями и бубликами, которые пек его отчим. Совершенно невозможно представить это кроткое стройное создание распутной толстушкой! Вот так и отец не мог представить, и желать в жизни таких перемен. Но вскоре ароматный кондитерский рай испарился в черном военном аду. Вслед и девушка бросила своего приятеля и стала менять кавалеров, выбирая их за дешевую, но горячую похлебку или банку тушенки.  

«Бабушка», - снова прервала я долгий рассказ – «а что такое разврат и нечисть?» Долго думала бабушка, то, открывая рот, то вдруг плотно замыкала губы, видимо, боясь проронить лишнее слово. Потом смотрела в окно - пристально так смотрела в одну точку – там, вдалеке, были развалины, черные безобразные развалины из кирпича и обугленного дерева.

Война была в самом разгаре. Но первый огонь в жилище принесла не она – сам хозяин по неосторожности едва не устроил пожар – еще повезло, что дом, бывший прежде образцом чистоты и примером порядка, лишь немного подпалился. Как вовремя приехала пожарная машина, и как быстро они потушили пламя! Вот только огня в сердце господина Маттеуса потушить был никто не в силах! К тому времени часовщика было не узнать – он превратился в лысеющего старика, сгорбленного, с седым клоком на затылке и, главное, испуганными красными от бессонницы глазами. Его скулы нервно дергались, казалось, ему хочется кричать, но он молчал. К тому времени к нему никто совсем не приходил, даже бывшие друзья забыли дорогу в его мастерскую.

На фронт - умереть, погибнуть, сгинуть! Как он не додумался до этого раньше? Туда, под пули, снаряды и бомбы, тем более, что война подступает к городу все ближе. Вот она уже совсем рядом, у порога! Срочно написать герру Оль-ля-ля, в конце концов, этот высокий чин просто обязан компенсировать несчастному часовщику его страдания. Прошение, обязательно, нет, даже более того – ходатайство! «Возьмите меня на войну в качестве пушечного мяса, пожалуйста!», - выводил господин Маттеус отчаянные строки. Буквы его не слушались, кляксы падали на бумагу одна за другой. Он почти ослеп, бедный часовщик, но он вправе рассчитывать на скорый ответ, тем более, что пушечное мясо сейчас очень необходимо! Но, видимо, таким жалким и тощим стал старик, что никак и никому совершенно не нужен. Во всяком случае, никакого ответа из соответствующего места он не получил.   

Но вот однажды, вот это был сюрприз, к дому приехал черный побитый «Опель», из него вышел старый знакомый нашего часовщика. Да, это был герр Оль-ля-ля. Только теперь он не был Оль-ля-ля, потому, что от его веселости и энергичности ничего не осталось. Элегантную трость сменили два костыля. Разумеется, когда у тебя костыли, пенсне очень мешает. Так и есть – вместо стекла в золотой оправе герой стал носить обычные очки. На рукаве его кителя, потерявшего былой лоск, были пришиты метки, свидетельствующие о тяжелых ранениях. Стало быть, наш бравый генерал, ставший к тому времени маршалом, изрядно пообтрепался. А тяжелая грузная фигура говорила о том, что прежний героизм был весьма и весьма забыт, а репутация подмочена.

Зайдя к старому часовщику, гость поначалу откашлялся, но уже хрипло и едва слышно. Хозяин, разумеется, гостя не узнал. На немой вопрос что тому угодно, герр Оль-ля-ля сообщил, что он и есть бывший герр Оль-ля-ля, который… Ну, в общем, господин часовых дел мастер долен его помнить. И он хочет сообщить, что бедная фрау Маттеус недавно умерла, а перед смертью очень просила ее простить. После этих слов он положил на прилавок обручальное кольцо фрау Маттеус, которое она просила передать своему мужу, и без лишних слов и покашливаний удалился.

Говорят, вскоре этого маршала разжаловали и расстреляли как предателя, не сумевшего правильно организовать то ли наступление, то ли отступление, в общем, или одно, или другое, уже не важно. Как не важно и то, узнал об этом господин Маттеус из газет или услышал по радио, это уже не имело значения. Вообще, какая теперь разница, ведь этот герр Оль-ля-ля ему был никем, а война в любом случае почти закончилась.

Вот уже несколько весен подряд не обновлял свою золотую вывеску господин Маттеус – не до этого ему было, да и денег на золотую краску не осталось. Весь товар, который еще оставался, он распродал, а чинить старые часы никто не хотел, тем более, когда время странным образом пошло в обратную сторону. Печаль и скорбь сжирали его измученное нутро, как плесень и ржа покрывали его дом.

Казалось, часовщик доживал последние дни, как догорало полымя этой ужасной войны. Руки мастера огрубели окончательно и потеряли былую гибкость и проворность, пальцы покрылись белой коростой, а глаза - мокрой пеленой. Все это объяснимо: жуткое безделье, которое нечем заменить, зловонная сырость и холод, да могильный мрак превратили былого красавца в едва живую слепую тень. Питался он тем, что приносили ему соседи и так, едва носившие ноги от голода.

«Бабушка, а правда, что на нашего часовщика недавно снизошла благодать?», - спросила я о том, что сама совсем недавно слышала на улице. «Да, он очень изменился – и вот почему».

Это произошло буквально вчера или позавчера. Сидел как всегда господин Маттеус дома, если это можно назвать домом, за своим старым прилавком, подперев голову руками в кромешной тьме, в унылом молчании глядя за разбитую витрину, которую едва освещал лимонно-алый лунный сет. Это сейчас она вся совсем рухнула, а ведь еще пару дней держалась из последних сил. Пришел к нему русский офицер. Грозный такой, весь запыленный. Опорожнил карманы – и высыпались перед бедным часовщиком разные детальки.

«Вот что, как тебе там. Ты ведь часовщик?» - спросил непрошеный гость. Ни живой, ни мертвый господин Маттеус успел только кивнуть головой. «Или тебе не по нраву, как я говорю?» - вновь спросил пришедший, настолько приблизившись губами к лицу часовщика, что тот почувствовал запах чужого дешевого табака. «Нет, что Вы…», - пролепетал испуганный часовщик. «Вот что, любезный», - прямо в ухо сказал русский, доставая пистолет из кобуры. – «Вот из этого мусора ты сделаешь мне нормальные часы, а не сделаешь, пеняй на себя». Пистолет оказался у виска несчастного Маттеуса. «Коли сделаешь, расплачусь я с тобой так, как никто никогда не расплачивался. Хочешь узнать, какая за твою работу будет плата?» - русский смеялся прямо в лицо обезумевшему от ужаса часовщику и при этом водил пистолетом по его виску. «Ддда», - заикался часовщик. «А вот завтра утром и узнаешь. Ночь тебе на все про все».

Хлопнула дверь, витрина затряслась, но устояла. Гость исчез, и тут же луна и звезды показались на иссиня-черном небе, и ночь пришла в столицу. Забыв обо всем на свете, господин Маттеус твердил себе только одно: плата – жизнь. Именно так понял он слова бешеного русского. Так неужели вот она, смерть-избавительница?

Какие-то колесики, маленькие оськи, пружинки. Шестеренки в большом количестве. С десяток циферблатов - цифры на них большие и маленькие, римские и арабские, блестящие и потертые. Разных размеров. Куча каких-то совершенно бесполезных штучек. Часовщик достал все увеличительные стекла и линзы, которые у него были, зажег света побольше, наплевав на запреты и страх перед ночной бомбардировкой. Ничего не помогало. Он судорожно перебрал пинцетом маленькие железки и понял, что обречен.

Он не плакал, когда ушла от него жена, не рыдал у дубовых дверей военного ведомства, не проронил ни слезинки, когда у него пропали сын и дочь. Не потому, что ему было все равно, а потому, что думал, что он мужчина, который должен с достоинством переживать беды и горести. А вот как только судьба потребовала его старческую жизнь, никчемной и бесполезной, бессмысленной и ненужной, тут слезы пробили его. Он стенал час, другой, а потом от бессилья уснул в скрюченной позе.

И приснились ему ангелы. Приснились и сказали, что они помогут ему, и он соберет злосчастные часы из этих железок. Он в начале подумал, что ангелы все сделают за него, но минуты шли, складываясь в вечность, и само собой ничего не получалось. Бедному часовщику захотелось покончить собой, но неведомая сила останавливала его, и в какой-то момент он успокоился и сел за рабочий стол. Взял только одну свою старую лупу и принялся мастерить. Удивительное дело – деталька к детальке, колесико к колесику – все собралось, сложилось, ожило. Получились замечательные часы, которые тикали волшебной музыкой.

Часовщик тут же заснул. И снилось ему, что пришли к нему все те же ангелы, и сказали: «Мы помогли тебе, смерть обошла тебя стороной. Ты должен выполнить и нашу просьбу. Забудь свое прошлое, начни новую жизнь. Пусть ты станешь дворником или мусорщиком, но ты должен избавиться от груза прошлых лет и обрести новую ипостась. Когда ты проснешься, отнеси свой инструмент на свалку, и не тужи ни о чем. Все придет снова».

Тут бабушка замолчала. «Продолжай», - потребовала я. «А что продолжать? Дальше могут быть только пустые слова», - ответила бабушка. «А что же с ним стало дальше?», - не умолкала я. «А ты спроси у него сама», - сказала бабушка и указала на улицу. По ней шел часовщик, нет, теперь уже не часовщик, а дворник с большой метлой. Он был седым и сгорбленным, и все же в нем была новая жизнь и новый свет. В нем было мало жизни, немного света, но это был совсем не умирающий старик, каким был прежде.

Я выбежала на улицу и окликнула господина Маттеуса. «Дядя Маттеус, дядя Маттеус», - а что было дальше?» Старый часовщик шел с того конца улицы по направлению к своему дому. Выйдя к нему навстречу, я стала ждать, как он поравняется со мной. Шел он долго, видимо, раздумывая о чем-то. "Я тебя помню совсем маленькой", - господин Маттеус присел на корточки. - "Ты, наверное, хочешь узнать, чем закончилась моя история?" Меня совсем не удивило, что он вот так сразу начал нашу беседу. Мне даже показалось, что он подслушал бабушкин рассказ. 

Наутро я проснулся и долго вспоминал, что же случилось. Память никак не возвращалась ко мне. Я бросился к крану - из него шла ледяная вода, но это было как раз то, что мне было нужно. Вода вернула меня к реальности. Рабочий стол, заваленный всякой всячиной, совершенно ненужной, быстро напомнил мне, что же случилось ночью.

Я бережно взял готовые часы и осторожно вытер их мягкой тряпочкой, потом еще раз и они приняли удивительный товарный вид, заблестели, и заиграли в моих руках как произведение искусства. Одевшись в то, что было под рукой, я доел вчерашнюю еду, и принялся ждать. Наконец пришел тот самый русский. Долго стоял в дверях. На мою вымученную улыбку он не ответил, но при этом оказался совсем спокойным. Может быть, он переборщил ночью со своей ненавистью, а может быть, я дорисовал злость в своем воображении? Нет, он был не ужасным – но просто уставшим от войны. Почему я не понял этого сразу? Весь в пыли, потрепанный и не выспавшийся. Я посмотрел в его глаза – они блестели!

Так странно, но он не стал орать на меня или трясти оружием. Запросто взяв свой заказ, направился к выходу. Звон входного колокольчика остановил его, и русский вернулся к прилавку. Развязал свой вещевой мешок, достал полбуханки хлеба. Положил передо мной. Опять задумался. Так мы и стояли друг напротив друга в полном молчании. Через минуту-вторую он хлопнул меня по плечу со словами: "Молодец, папаша, спасибо тебе!" и вышел прочь. Я поспешил за ним, желая вернуть ему хлеб. Он и так подарил мне жизнь, и этой платы мне было достаточно! Но русского не оказалось ни на том, ни на этом конце нашей улицы.

"Кстати, вы с бабушкой, наверное, есть хотите?" - еле слышно произнес господин Маттеус. - "Давай зайдем, я поделюсь с вами". Я действительно очень хотела есть, и с радостью согласилась.

И вот мы ели с бабушкой этот странный хлеб совсем непривычного вкуса, и думали о том, какой же хороший господин Маттеус. 

А назавтра мы увидели его с метлой, подметающим улицу. "Много работы, дорогая фройляйн", - сказал старик, на минуту остановившись. - "Теперь это важнее, чем чинить часы" – с загадочной интонацией произнес часовщик.

"Скажи, дядя Маттеус, а почему я никогда не видела тебя в церкви?" – я вдруг вспомнила и все же решила задать столько времени мучавший меня вопрос. "Знаешь", - задумчиво ответил он, - "молиться Богу можно не только в кирхе. И вообще Бог есть в каждом из нас. Должен быть. И при этом Бог один. Это людей много, а он один. Может быть потому, что ему там, на небе, порой бывает одиноко и грустно, он и допускает, чтобы у людей были всякие горести? Может быть, я так плохо его веселил, что ему было грустно со мной?" Старик прослезился, вытер грязным рукавом слезу, и продолжил мести улицу.
 

Написать отзыв:

Ваше имя:
Ваш e-mail:
Пожалуйста, пишите тему Вашего отзыва.
Я буду благодарен Вам за конструктивную критику и добрые пожелания. Указывать имя и электронную почту обязательно. Ваш отзыв из Архива размещается в модерируемой Книге отзывов автоматически
 

Для защиты от спама введите комбинацию, изображенную на картинке:


 
Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина.
SpyLOG Рейтинг@Mail.ru
Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина.
Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина. Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина. Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина. Wordmaker. Вордмейкер - словотворец. Официальный сайт Дмитрия Выхина.